Статья посвящена реконструкции воззрений И. Канта на проблему прощения. Несмотря на то, что немецкий философ в своих текстах крайне мало говорит о прощении, проявляя поразительную сдержанность в отношении этой темы, в корпусе его сочинений тем не менее можно найти достаточно косвенных указаний на то, что проблема прощения была для него значимой. Это обстоятельство является одной из причин, почему в данном исследовании кантовский взгляд на прощение раскрывается в связи с целым рядом смежных проблем, которых Кант касается при разработке своей этики и философии религии. Речь идет прежде всего о таких важных моральных, правовых и теологических сюжетах, как вина и наказание, ненависть и жажда отмщения, автономия и гетерономия воли, борьба доброго принципа в человеке со злым, революция сердца и перемена в образе мыслей, Божественная благодать и человеческое милосердие. В статье показано, что прощение и миролюбие (placabilitas) Кант считает долгом добродетели, то есть широкой обязанностью. Максиму непрощения он, напротив, полагает противоречащей моральному долгу. В основе кантовского подхода лежит убеждение, что все люди нуждаются в прощении, поскольку на каждом лежит бремя вины в силу радикальной склонности человека ко злу. В исследовании отстаивается тезис о том, что прощение, по Канту, предполагает интеллигибельное восполнение времени, которое прощающий дарует своему обидчику в ответ на его решение морально преобразиться и следовать по пути добродетели. Вместе с тем подчеркивается, что для Канта событие прощения ни в коей мере не может быть основанием для отмены наказания, поскольку совершенный поступок нельзя аннулировать, а вину загладить. В статье также отмечается, что для разрешения противоречия между долгом прощения и неотвратимостью наказания Кант находит элегантное решение - идею удвоения морального субъекта.
Эмоции и чувства, как их понимает и определяет Лиз Бурбо, — категории не только различные, но и в известном смысле противоположные.
Избавиться от эмоций и дать волю, дать свободное развитие своим чувствам — это и есть цель, достижению которой, в сущности, посвящена эта книга.
В разрешении противоречия между эмоцией и чувством ключевым является прощение. Прощению автор уделяет особое внимание, описывая его как длительный, многозданный процесс.
Для широкого круга читателей.
Феномен прощения в последние десятилетия стал предметом междисциплинарных исследований на стыке философии, психологии и теологии. В христианской теологии прощение является фундаментальным понятием, воплощающим суть Божьей любви и милосердия к человечеству и указывающим на вершину христианской нравственности. Смещение научных акцентов в современных теологических исследованиях от онтологических и богословских ракурсов к антропологическим векторам в результате «антропологического поворота» рубежа XIX-XX вв. придает дополнительную актуальность дискурсу межличностного прощения. Специфика отношений «прощения и непрощения» в христианской теологии заключается в том, что «горизонтальные» аспекты обиды, вины, воздаяния и собственно прощения тесно связаны с «вертикальными» (взаимоотношениями человека с Богом). Последние, в свою очередь, обусловливают как побудительные мотивы прощения ближних, так и наличие ресурсов для осуществления прощения. Философско-антропологические интерпретации делают акцент на положении субъекта в мире, его соотнесенности с идеалами нравственности и действиями других субъектов.